«Рыдать, а не умиляться». Главные работы Николая Ге

21.02.2023

0
Как студент-математик стал художником, написал Христа в новой манере и пытался преодолеть равнодушие современников.

Из математика — в художники против воли отца

Николай Ярошенко. «Портрет художника Николая Ге», 1890 год, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург © Public Domain
Французской фамилией Николай Ге обязан деду — Matieu de Gay эмигрировал в Россию после начала Великой французской революции. Профессию математика Николаю выбрал практичный отец. Проучившись год в университете в Киеве, Николай перевелся в Санкт-Петербург. Причину переезда он мог бы сформулировать одним словом: «Брюллов». Николай с детства увлекался рисованием, мечтал об Академии художеств и преклонялся перед автором «Последнего дня Помпеи».
«Приехал, увидал «Помпею» — и не мог наглядеться», — вспоминал Ге.
Все свободное время студент-математик проводил в картинных галереях. Тяга к искусству была так сильна, что в конце концов он бросил университет и поступил в Академию художеств. Брюллов по болезни уже не мог преподавать, но его присутствие живо ощущалось в учебных классах: его изречения, рассказы о нем, даже позировали будущим художникам его любимые натурщики.

Ранний Ге: «по следам Брюллова»

Николай Ге. «Саул у Аэндорской волшебницы», 1856 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public Domain
Академические работы Николая Ге написаны под влиянием живописи Карла Брюллова. Художник осознанно копирует его стиль и технику: таковы «Ахиллес, оплакивающий Патрокла», «Суд царя Соломона», «Любовь весталки». За выпускную работу «Саул у Аэндорской волшебницы» Ге получил Большую золотую медаль и право на поездку в Европу за счет Академии.

Творческий кризис и библейское откровение

Николай Ге. «Тайная вечеря», 1863 год, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург © Public Domain
Побывав в Швейцарии и Германии, Ге обосновался в Италии. Сначала он с энтузиазмом работает над набросками-подражаниями Брюллову, однако затем сталкивается с творческим кризисом. Художник начинает осознавать, что в Академии «учили пустякам», а что и как надо писать, пока не понимает. Главная картина не то что не начата — даже не задумана. Разочаровавшись в себе, Ге даже думает оставить живопись. Откровение пришло внезапно, когда художник перечитывал Евангелие.
«И вдруг я увидел там горе Спасителя, теряющего навсегда ученика-человека, — вспоминал Ге. — Близ него лежал Иоанн: он все понял, но не верит возможности такого разрыва; я увидал Петра, вскочившего, потому что он тоже понял все и пришел в негодование — он горячий человек; увидел я, наконец, и Иуду: он непременно уйдет».
Через неделю картина «Тайная вечеря» была подмалевана в полную величину, даже без эскиза. Ге дает подчеркнуто реалистичную трактовку образа Христа, а главной темой становится раскол в среде бывших единомышленников. Темный силуэт уходящего Иуды противопоставлен остающимся в освещенном помещении Иисусу и ученикам. Учитель глубоко переживает демонстративный отказ Иуды от его заветов: горечь разочарования и бездействие Христа на фоне волнения учеников выступают знаком осознанной жертвенности.
Картина вызвала противоречивые отклики. Несмотря на то, что Ге получил за нее звание профессора исторической живописи, а саму картину купил Александр II за 10 тысяч рублей, нашлись те, кто обвинил художника в нарушении канонов и фальши. К критикам присоединился Федор Достоевский: «Вышла фальшь и предвзятая идея, а всякая фальшь есть ложь и уже вовсе не реализм».
Для того времени Иисус Ге был слишком человечен, и этого не могли простить художнику. К тому же в образе Христа видели сходство с запрещенным Герценом, а Салтыков-Щедрин вовсе назвал действие «тайной сходкой, на которой обнаружились серьезные политические расхождения».

Петербургский период: историческая живопись и портреты

Николай Ге. «Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе», 1871 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public Domain
После возвращения в Петербург Ге временно отходит от библейской темы. Он активно участвует в создании «Товарищества передвижных художественных выставок» и обращается к историческому жанру. Для первой выставки он пишет картину «Петр I допрашивает царевича Алексея Петровича в Петергофе». Историческую трагедию художник показывает через личный драматический конфликт отца и сына. Картину из мастерской сразу покупает Павел Третьяков — несомненный знак признания. На выставке ей заинтересовался император, так что Ге пришлось с согласия Третьякова создать авторскую копию для Александра II.
«Ге царит решительно. На всех его картина произвела ошеломляющее впечатление».
Иван Крамской о первой выставке передвижников
Вдохновленный художник продолжает исторические изыскания: пишет картины «Екатерина II у гроба императрицы Елизаветы» и «Александр Сергеевич Пушкин в селе Михайловском». Успех «Петра I» повторить не удалось: публика принимает новые картины холодно, да и сам художник понимает, что это — не его призвание.
Николай Ге. «Портрет Николая Некрасова», 1872 год, Государственный Эрмитаж, Санкт-Петербург © Public Domain
Одновременно Ге много работает над портретами современников: пишет Ивана Тургенева, Марка Антокольского, Николая Некрасова, Николая Костомарова, Михаила Салтыкова-Щедрина. И все-таки чувство внутренней неудовлетворенности заставляет художника покинуть Петербург и перебраться на Черниговщину, где он купил хутор Ивановский (сегодня Шевченко).
«Четыре года жизни в Петербурге и занятий искусством, самых искренних, привели меня к тому, что жить так нельзя. Все, что могло бы составить мое материальное благосостояние, шло вразрез с тем, что мною чувствовалось на душе… Так как искусство я просто люблю как духовное занятие, то я должен отыскать себе способ независимо от искусства. Я ушел в деревню. Я думал, что жизнь там дешевле, проще, я буду хозяйничать и этим жить, а искусство будет свободно…»

Поиски духовного пути и возвращение к библейским темам

Николай Ге. «Распятие», 1892 год, Музей д’Орсе, Париж © Public Domain
В Ивановском Николай Ге увлекается идеями Льва Толстого: занимается хозяйством, выращивает овес, разводит пчел, учится класть печи, которые потом бесплатно кладет беднякам. Наступает период духовных поисков, которые на время заставляют Ге оставить живопись.
«Я делал печь бедной семье у себя в хуторе, и это время было для меня самое радостное в жизни».
После перерыва Ге вновь берется за кисть. В позднем творчестве он возвращается к библейской тематике: художника интересуют страсти Христовы. Он пишет так называемый «Страстной цикл»: картины «Выход с Тайной вечери», «Что есть истина?», «Совесть. Иуда», «Суд Синедриона. „Повинен смерти!“» и «Распятие» в нескольких вариантах. Показывая муки Христа, Ге надеется через эмоциональное потрясение привести зрителей к нравственному воскрешению.
«Я сотрясу все их мозги страданием Христа... Я заставлю их рыдать, а не умиляться...»
Николай Ге. «Что есть истина? Христос и Пилат», 1890 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public Domain
Трактовки Ге разительно отличаются от сложившихся канонов, и не только исступленной манерой изображения и новыми формами. Так, в картине «Что есть истина?» Иисус изображен в тени, а фигуру Пилата заливает свет, то есть нарушается традиционная парадигма отождествления добра со светом, а мрака со злом. Публику шокировал страдающий, тщедушный Христос: на картине «Суд Синедриона» Александр III сравнил его с «больным Миклухо-Маклаем», а «Распятие» назвал «бойней».
Эксперименты со светом и тенью, новый язык живописной экспрессии Ге современники не поняли: их время придет только в 20 веке, вместе с развитием экспрессионизма. Обер-прокурор Святейшего Синода Константин Победоносцев обвинял Ге в профанации Христа, картины «Страстного цикла» снимали с выставок и запрещали их копировать. Известно, что Павел Третьяков не хотел покупать картину «Что есть истина?» и с большой неохотой сделал это только после возмущенного письма Льва Толстого. Даже товарищ по обществу передвижников, Иван Крамской признавался: «Я устал защищать ваши картины, Николай Николаевич».
Николай Ге сумел выработать собственную, необычайно выразительную манеру письма, предвосхитив художественные поиски 20 века и задав реалистическое направление в изображении библейских сюжетов. Увидеть картины художника можно в ведущих музеях страны — Третьяковской галерее и Русском музее. Банк ВТБ поддерживает развитие этих культурных институций и помогает организовывать масштабные события.